Реинкарнация

Персонажи вымышлены,
все совпадения случайны.

Каждый человек вольно невольно на протяжении своей жизни хоть раз задумывался – а что его ждёт там? Ну, то есть простым и бытовым языком – “на том свете”, с точки зрения эзотерики – в другом измерении. Сейчас всё больше набирает оборотов вера в реинкарнацию. Этим можно пока объяснить то, что никак не поддаётся другим объяснениям, то есть судьбу. За что, почему и зачем мы рождаемся с разными стартовыми показателями, то бишь кармой? Одни рождаются в шоколаде, а другие – в крайней нищете, одни рождаются калеками, другие – здоровыми и крепкими, и здоровье на протяжении всей жизни не оставляет их, одни – несчастными и вынуждены работать в поте лица, другие – везунчиками, и деньги липнут к ним, и они снимают сливки с любого даже провального проекта.
И ещё один интересный вопрос: можно ли всё купить за деньги?
— Нет. А за очень большие деньги?
— Ну, наверное, да. Высокий уровень жизни, комфорт, а может быть даже здоровье. Потому что здоровье всегда можно поправить на лучших курортах и санаториях мира. Когда к твоим услугам лучшие врачи в мире, самые передовые технологии и лекарства.
— Любовь? А, пожалуй, тоже да. Если красиво и настойчиво ухаживать за понравившейся женщиной, то со временем крепость, какая бы она не была неприступная, падёт.
— Так что же нельзя купить? Вот нельзя, пожалуй, купить и инвестировать свою будущую жизнь, хотя «всяко-разно» тоже в смысле кармы.
А дальше – рассказ в стиле «бытового фэнтази»…
Сардыбек Агзамов был олигархом, таким вполне благополучным и на первый взгляд очень приличным. В списке богатейших людей страны он входил в первую десятку. Он, конечно, мог и возглавить этот список с огромным отрывом. Но чутьё ему подсказывало – не высовывайся. Он вообще обладал редким чутьём, интуицией на всё: на опасность, на деньги, на проекты, приносящие деньги и т. д.
И это не раз ему даже спасало жизнь на зоне. Да, да, был такой неприятный и досадный факт в его жизни. Издержки молодости и неуёмной энергии. О пребывании на зоне он предпочитал никогда не говорить. Не было и всё этого факта в его жизни. Тем более дело было давно изъято из всех архивов и уничтожено. Какая-то неведомая сила его заставляла, даже не думая, в последние доли секунды резко оборачиваться и тем самым избегать удара ножа в спину. Тем не менее, как говорят в народе, «нет худа без добра». Зона закалила его, сделала его крепким и сильным, научила никогда не расслабляться. Выковала его железную волю и, кстати, познакомила с весьма нужными людьми. А дальше что? Дальше были девяностые годы, когда, казалось, рушился весь мир, он вышел на свободу. Пьянящее чувство свободы недолго рвало его горизонты, надо было выживать в этом изменившимся мире и хвататься за любую соломинку и стелить соломку там, где это было необходимо. И он сумел выжить и даже подняться. Сам-то он был из хорошей клановой семьи, которая обеспечила ему блестящее образование в юности и необходимые связи. Женился он тоже удачно: она – достаточно известная личность с такой же железной волей, как и у него. Красивая и обворожительная любовь его юности. Правда, они так и не завели совместных детей. Сначала было не до этого: карьера стремительно у обоих шла вверх, и было не до пелёнок, нянек, и т. д. Тем более у жены после первого брака была дочь. Ну, а потом с несметным богатством пришёл и возраст. Менять что-то в своей жизни он уже не хотел. Всё катилось по вполне накатанным и удобным рельсам каждодневной жизни. И так было до 70 лет. И вот пришла его смерть, уколом в сердце во сне. Он не проснулся.
Он даже и не осознал, что умер. Умершие никогда не осознают, что они уже там. Им кажется, что они вполне живы и здоровы. Состояние – как во сне, всё реально, всё нормально и что-то нужно.
Сардыбек оглянулся вокруг: какой-то весьма занюханный офис, любой филиал его компании в провинции выглядит во стократ лучше.
За столом – милая девушка в белом, со строгим, но приветливым взглядом.
Она поприветствовала его по имени и фамилии. Он удивился: а откуда она его знает? Потом вспомнил: ну он же олигарх, и наверняка его знают даже здесь.
— Что Вам угодно? – спросил он.
Девушка отложила амбарную книгу и сказала.
— Так, бывший Сардыбек Агзамов, у меня для вас две новости: одна – хорошая, другая – не очень. С какой начнём?
— Как человек, закалённый жизнью, он сказал:
— Ну, конечно же, с плохой.
Он всегда начинал все совещания с плохих новостей, чтобы быть в курсе всех событий, а потом, шаг за шагом, анализируя эти новости, давал необходимые указания для исправления ситуации в целом. Ну, а хорошая новость – это лишь бонус и всё.
— Вы явились к нам с огромным дефицитом баллов.
— Куда и зачем я явился? И, что за это дефицит баллов? Не может и быть такого априори. Я – олигарх, как вам известно.
— Это вы там – олигарх всемогущий. А тут вы – обыкновенный объект для распределения. Это распределитель. Я – ваш бывший ангел-хранитель, который вёл вас по всей жизни. Моя функция в отношении вас будет закрыта тогда, когда вам дадут путёвку в следующую жизнь согласно накопленных и использованных баллов. Вам дадут другого ангела-хранителя и другой сценарий прохождения новой жизни, согласно накопленного опыта, а также испытаний.
— Что за xxxxxxx…? (непереводимая нецензурная идиома)
— Не надо только здесь употреблять нецензурную лексику. Неужели годы в местах не столь удалённых, как принято говорить в мире воплощённых жизней, вас ни чему не научили? А ведь такой был урок серьёзный! Вы послали по матери одного парнишку таджика по кличке Гюрза, и он хотел за это вас ночью пырнуть. Так вот вспомните, отчего вы ночью вдруг проснулись? Ага, по выражению лица поняла – вспомнили, я бросилась ему под ноги, и он упал. Чего не должно быть вообще. Он скользкий, ловкий, как гюрза, прекрасно ориентировался в кромешной тьме.
Так что не надо больше употреблять таких выражений.
— Продолжайте… – с ужасом выдохнул Сардыбек.
— Ну, так-то оно лучше. У вас большой дефицит баллов, как я и озвучила раньше. Это значит, что в следующей жизни вы родитесь у одной нищей таджички-цыганки. Мать ваша будет возрастом далеко за сорок лет, сначала она захочет избавиться от вас, но, подумав, будет использовать вас, как средство получения милостыни путём попрошайничества. Вы родитесь с недостаточным весом и долгое время будете отставать в развитии не только физическом, но и умственном. Это и будет для неё тем самым решающим фактором сохранения вам жизни. Она будет с вами весьма жестока и рациональна. Чтобы не кричали истошно, будет поить маком. Воду самостоятельно будете пить только из лужи.
— Почему так? – грустно произнёс Сардыбек.
— А вы когда-нибудь задумывались, что такое жизнь? Ну, наверняка нет.
Это лишь ряд испытаний для души человека. Душа человека должна познать добро и зло во всех его проявлениях и ипостасях и самостоятельно выбрать свой путь света и добра. И так будет бесконечная цепь воплощений с целью получения уроков и испытаний. Повторяю, на выбор души не должно повлиять то обстоятельство, что я делаю добро только лишь потому, что мне за это воздастся. Выбор никогда не должен быть под давлением. Душа не должна делать зла, не потому что её за это накажут, а потому что это её свободный выбор, она иначе не может. Как это у вас бывает в воплощённых жизнях. Я не краду то, что хорошо лежит, за это – тюрьма. А вот если плохо лежит и никто об этом не узнает, то почему бы и нет?
— Ну, а хорошая новость? – C полным унынием спросил Сардыбек.
— Хорошая новость в том, что вы не будете долго мучиться, в 7 лет вы пораните ногу и от гангрены вам её удалят. Но вы не перенесёте этого и умрёте, хоть и в страшных мучениях, но избавитесь от жизни полной унижений, боли и издевательств.
— Ни фига себе хорошая новость! — чуть не выразился открытым текстом Сардыбек от ужаса.
— Повторяю: это прекрасная новость. Вы не будете долго мучиться. Зачем вам жизнь длинных страданий и унижений?
— Ну и что я прямо такой злодей-перезлодей, что мне такая уготована следующая жизнь? А вот вы… Как вы стали ангелом? Что скажете, сразу родились такой белой и пушистой?
— Удовлетворю напоследок ваше любопытство, хоть и не должна перед вами отчитываться. Да, мой путь в ангелы был тяжёлым и трудным.
Кстати, мы с вами встречались в одной из прошлых жизней. Ну, вы конечно, не помните это. Вы на меня тогда даже обиделись и почти прокляли.
Это было очень давно в одной прекрасной поднебесной стране. Я поехала в другую страну навестить свою матушку и вот по приезду я узнала, что произошёл дворцовый переворот, и старшего нашего сына спасли слуги, они же мне дали одежду служанки, и я стояла на дворцовой площади, затерявшись со слугами, и видела казнь своими глазами. Вы стояли посередине площади вместе с нашим младшим сыночком. Вам и сыну должны были отрубить голову. Но палачи сильно медлили всё только потому, что не нашли нашего старшего сына, а значит династия должна продолжиться. Они играли на моих нервах, потому что были уверены, что я – в толпе, и всё это вижу. Вы меня любили больше жизни, больше трона и короны, и больше своих детей. Последнее ваше желание в этой жизни было – увидеть меня.
И вы поймали мой взгляд и сильно изумились тому, что я стояла с сухими глазами и спокойно смотрела, как вас должны были казнить. Я знала, что на моём бы месте вы плюнули бы на все короны мира и бросились умереть бы со мной. Но я стояла и смотрела, и единственно чего я больше всего боялась – себя выдать. Потому что я хотела спасти хотя бы старшего сына, чтобы жертва не была напрасна. Но вы это не понимали. И я даже уловила некоторую растерянность: вы считали, что я предала нашу любовь. Я испытала тогда страшную муку.
Представьте себе, самое сильное страдание на свете – это когда на твоих глазах убивают твоего ребёнка и любимого мужа, а ты должна на это всё смотреть глазами толпы, жаждущей крови. У тебя нет прав на слёзы, на дикий крик, нет прав ни на что, иначе погибнет твой старший сын. Ну и чёрт с этой династией и короной. Лишь бы выжил хоть один только сын! Вот одна из моих ужасных прошлых жизней.
Потом были жизни и получше этой, и похуже. Но я всех их не стала вспоминать. Мне хватило того, что мне показали. Я потом полгода просыпалась вся в слезах и мучениях.
Потом моя душа выбрала сама путь добра, но добро никогда не должно быть навязано людям. Потому что в самой природе нет понятия добра и зла, есть понятие столкновения интересов. Хищное животное, которое проявляет жалость и добро к своей жертве, впоследствии погибает. Но у людей всё не так. В ангелы попадают люди, душа которых прошла все испытания и приняла сторону добра, потом они становятся ангелами-хранителями людей.
Я поэтому попросила, чтобы меня направили к вам ангелом-хранителем в той жизни. Думала, что смогу вас изменить в лучшую сторону.
— Неужели, так всё фатально, и я ничего уже не могу изменить? – робко спросил он. Я же сказочно богат! Отмолить, откупиться, благотворительность, в конце-то концов…
— Ну, вот сами подумайте, как вы сейчас можете что-то изменить, если вы умерли? Надо было раньше, надо было чаще задумываться об этом.
Вообще будущее – это проекция настоящего. Меняй что-то в настоящем – и изменится будущее. Будущее всегда аморфно.
Три бескорыстных добрых дела дают год жизни.
Убийство человека – минус 35 лет, животного – минус 7 лет, ложь – минус 5 лет.
Такие вот расценки. Остальные не буду озвучивать.
— Так я же делал много добрых дел! – вдруг обрадованно воскликнул он.
— Каких, например?
— Ну, вот я построил самую огромную мечеть в центре большого азиатского города. Люди ходят туда, возносят молитвы к Богу, вспоминают меня добрым словом.
— Молятся и клянутся творить добро – это прекрасно. Разве вы не в курсе, что когда строили эту мечеть, то разрушили дома людей, которые там проживали давно испокон веков, можно сказать, а взамен они ничего не получили, никакой компенсации – ни жилья, ни денег. Только те, которые были языкастее, добились максимум – “однушки” на окраине города. Они не молятся, они вас проклинают. Хоть проклинать – это тоже очень большой грех.
Потом, в стране, в которой нет рабочих мест и нищета, такая ли острая необходимость в наличии религиозных учреждений? А может, надо было восстановить какой-нибудь огромный завод или вложиться в строительство завода, чтобы люди получили рабочие места и не уезжали за заработками в другую страну, бросая здесь своих детей и жён?
А что, если молиться каждый день, то тебе с неба всё само по себе упадёт? Бог должен быть в душе. В том смысле, что не важно какую религию ты исповедуешь или ты – атеист, главное – выполнять общечеловеческие нормы поведения. Не убий, не укради, не делай зла и т. д. В общем, относись к ближнему так, как хотел, чтобы он относился к тебе.
Разве человек, живущий в дебрях Амазонки и Африки, никогда не слышавший о религии, но ведущий правильную и добродетельную жизнь, он что – должен гореть в аду? Нет, конечно. Дело – не в количестве поклонов Богу и вознесённых молитв, а дело – в желании творить добро, не навязывая его. Ну, в крайнем случае, – никогда не делать зла.
— Ну, я ещё много делал других добрых дел: помогал режиссёрам ставить спектакли, то есть давал деньги, реставрировал много зданий в других странах, давал деньги на спорт. В аукционах выкупал ценности и сдавал в музеи.
— Я конечно в курсе твоих огромных меценатских дел, но там не так всё просто. Ты эти деньги не давал просто так, ты вкладывал эти деньги в свою популярность. Эти пожертвования широко рекламировались и в конечном итоге работали только на твоё эго. Гордыня, понимаешь ли, тоже большой грех. Когда ты всё время вспоминаешь о сделанном добре, то ты его не сделал, а продал это добро. Ведь так же?
Помощь должна быть скрытной, адресной и быстрой. Иначе потом будет поздно.
Вспомни, тебя благодаря твоей рекламе считают человеком добрым, отзывчивым и готовым всегда помочь другим. Но ты же другой. Тебе пишут тысячи людей, некоторые уже даже умерли, так и не дождавшись хоть какой-либо помощи от тебя. Интернет уже скоро с ума сойдёт от криков SOS к тебе.
Кто просит работу, кто просит на операцию ребёнку или себе, кто просит “дайте деньги на раскрутку бизнеса, обязуюсь вернуть”. Люди к тебе тянут руки с последней надеждой. Руки отчаяния и горя, а ты плюёшь в эти руки.
— Ну это же не реально – помочь всем, если я всем дам им деньги, я стану нищим. Да потом, халява всегда развращает, вспомните классику — повесть «Открытие Рафлза Хоу» Артур Конан Дойла. В повести очень наглядно и красочно описывается метаморфоза с людьми местечка Темфилд в Стаффордшире. Из простых работящих людей неуёмная благотворительность сделала паразитов, ждущих подачки в виде финансового вливания и решения всех их проблем,
всезнающий ангел, — усмехнулся бывший олигарх.
— Я прекрасно знаю про эту повесть. Никто не заставляет швырять деньги направо и налево. Старая, как мир, истина. Не надо тащить рыбу на берег моря и всем раздавать её. Научи ловить рыбу, помоги приобрести удочки. Ну, а тем, кто не в состоянии уже ловить рыбу, – просто помоги. Рука дающего не оскудеет. Но не просто так дай, а адресно, со смыслом, а лучше всего тайно, чтобы не привязывать к себе никого.
Вообще-то, тебе уже 70 лет было. Ты всегда вкладывался в бизнес и расширял его. А чего ради? Ладно было бы у тебя семеро по лавкам. Но у тебя же нет наследников. Родственники твои все и так богаты: миллионом больше, миллионом меньше – это не повлияет на их уровень жизни. Всё богатство не возьмёшь сюда.
Зря ты не инвестировал свою будущую жизнь добрыми делами.
Ну вот, разговор окончен. Смерть, как и история, не знает сослагательного наклонения – «если».
До встречи через 7 лет. Впрочем, другой ангел будет разбирать уже твою следующую жизнь по косточкам. Смотри не напортачь, не проклинай и не плачь – ты заслужил эту свою следующую жизнь.
Ангел захлопнула амбарную книгу, она была кожаная, синего цвета, местами потрёпанная в уголках.
Наступила кромешная тьма.
Сардыбек задыхался с расширенными от ужаса глазами, ему казалось, что какой-то чёрный тоннель его засасывает, так плохо ему ещё никогда не было.
Он пытался кричать, но из уст срывался только шёпот: «Помоги!».
Он очнулся в своей шикарной кровати с балдахином, он любил все эти излишества в стиле Людовика XIV. Лежал долго с раскрытыми глазами и никак не мог понять, почему он здесь, а не в грязной тряпке на полу.
Ведь ощущения сна были ярки и реальны! Он помнил всё: и запахи, и звуки, и даже родинку на правой щеке ангела. Такое было ощущение, что там мир реальный, цветной, а здесь – серый, как бы «отксеренный».
Потом он улыбнулся и сказал себе: «Ещё не поздно. Я не буду несчастным затравленным таджикским цыганёнком».
А в другой стране проснулась женщина на своей кровати, подпёртой внизу кирпичами, и тоже улыбнулась: «У меня всё получилось. Я взломала его. Я должна была его спасти». Женщина была уже немолодой, хоть и привлекательной, на правой щеке у неё была родинка.

Таня Калистратова.

Please follow and like us:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *