«В Москву! В Москву!»

sestriАндрей Кончаловский в январе этого года представил в Израиле спектакль «Три сестры» по пьесе А. П. Чехова. Это была мировая премьера спектакля в рамках европейского турне, конечной точкой которого стал театральный фестиваль в Италии.

Спектакль «Три сестры» Андрея Кончаловского в театре им. Моссовета выглядит как прямое продолжение и развитие его постановки «Дядя Ваня».

Для режиссера было принципиально, чтобы практически все актеры, занятые в «Дяде Ване», получили новые роли в «Трех сестрах». Однако, по независящим от него обстоятельствам, эта задача не была выполнена на сто процентов. На этом единство двух спектаклей не заканчивается.

Вторая часть дилогии выполнена в том же изобразительном стиле: тщательно отобранный реквизит и костюмы, созданные Рустамом Хамдамовым, выглядят особенно ярко на фоне абстрактного минимального пространства.

Театр Кончаловского придерживается традиций классического психологизма, однако, как и в «Дяде Ване», характеры интерпретируются с очень неожиданной, парадоксальной, иногда остро иронической интонацией. Это придаёт абсолютно новый смысл большинству монологов пьесы, что в свою очередь ведет к новому осмыслению её идеи.

Как и в «Дяде Ване», Кончаловский в новом спектакле сознательно разбивает каждую картину возвращением зрителя к современной вне театральной «реальности», что, по его замыслу, должно давать зрителю возможность снова окунаться в чеховский мир по возобновлении действия.

Пьесу «Три сестры» Андрей Кончаловский воспринимает как многоголосую симфонию с несколькими основными темами, а также с лейтмотивами, и отводит себе место дирижёра, интерпретатора великого произведения. В спектакле задействован блестящий «оркестр» актеров- исполнителей :Александр Домогаров, Юлия Высоцкая, Павел Деревянко, Наталия Вдовина, Ирина Карташева, Александр Бобровский, Лариса Кузнецова, Галина Боб, Виталий Кищенко, Анатолий Гришин, Владас Багдонас. Создавая сложное сценическое многоголосье, они заставляют зрителей по-новому взглянуть на давно знакомых персонажей и по-новому пережить вместе с ними их трагедии.

«Когда я начинаю ставить спектакль, я не думаю, что там есть некоторые современные параллели и аллюзии, меня абсолютно не волнует, насколько актуальна пьеса. Я готов ставить любого Чехова, потому что он глубочайший писатель и человек. Глубина Чехова в том ( и это главное), что он любил людей такими, какие они есть, а не такими, какими они должны быть…» — говорит он.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.